Алхимики. Плененные  - Кай Майер

– И что это было? – прошипела Аура, поднимаясь рядом с Софией по мраморной лестнице.

Адам шел на две ступеньки впереди и делал вид, что не слушает.

– Ты о чем? – спросила София с самым невинным видом.

– Ты ведь привела меня сюда не затем, чтобы провести приятный вечер с этими людьми?

Адам глянул через плечо:

– Поверьте, это еще был приятный вечер. Бывало куда хуже.

– Адам! – хихикнула София.

– Объясни мне наконец, зачем я здесь! – резко проговорила Аура. – Или я немедленно ухожу.

Она обернулась и указала на входную дверь. При этом ее взгляд снова упал на чудовищную деревянную фигуру. Отсюда, сверху, казалось, что эта штуковина схватит своими вытянутыми руками любого, кто попытается бежать из дома.

– Ты ведь в поиске, – ответила София уже серьезнее. – В вечном поиске. Не забывай: я когда-то была такой, как ты. Ты не можешь пройти мимо того, что существует вне законов природы. А для многого, что ты тут увидишь, ты не найдешь объяснений в книгах.

Аура показала на спину Адама.

– Что он знает? – беззвучно спросила она одними губами.

София с улыбкой поднесла к губам указательный палец и покачала головой, но подозрения Ауры не рассеялись. Вскоре она почувствовала легкое прикосновение пальцев Софии. Но когда взглянула на свою руку, оказалось, что танцовщица крепко держит ее, и только тут почувствовала тепло ее кожи и нежное пожатие пальцев. Казалось, София обретает плоть и кровь, только когда на нее смотрят; в остальное время она существует лишь как призрак, как идея, как манящий соблазн. У многих посетителей, вечер за вечером приходивших в варьете, видимо, возникало такое же ощущение, и они приходили снова и снова в попытках уловить неуловимое. Был ли тут какой-то трюк, который София проделывала намеренно? Или такова в самом деле ее природа?

Адам вел их по длинному коридору. С улицы трудно было в точности оценить размеры дворца Октавианов; только теперь Аура поняла, насколько он огромен. Расположение лестниц и коридоров становилось все запутаннее.

Наконец Адам остановился на углу. Вправо отходил коридор. Когда Аура и София подошли ближе, Адам молча показал вдаль.

– Это одно из тех мест, – сказал он.

Стены над деревянными панелями были выкрашены в бордовый цвет, возле дверей висели золоченые лампы. В ближней части коридора горела каждая вторая, в дальней – ни одной. Там все тонуло во мраке – густом, как черный дым, только неподвижном и без запаха.

– Ну, что скажешь? – с надеждой спросила София.

Аура заморгала:

– Что это?

– Абсолютная тьма, – пояснил Адам. – С первого же шага не видишь даже собственной руки перед глазами.

Поколебавшись мгновение, Аура двинулась по коридору в самую глубину мрака. На первый взгляд можно было подумать, что все дело в погасших лампах. Но граница между светом и тьмой была слишком резкой. Переход от неяркого света к непроницаемой черноте не составлял и нескольких сантиметров. Аура никогда не видела ничего подобного.

– И много тут таких мест?

– Уже с десяток, не меньше. И каждую неделю-другую прибавляется новое, – ответил Адам. – Вы можете зайти туда, если хотите. С вами ничего не случится.

София шагнула мимо Ауры и нырнула в темноту. Она тут же скрылась из глаз, словно ее засосала чернилоподобная жидкость, поверхность которой стояла вертикально, вместо того чтобы лежать горизонтально.

Аура выжидала.

– Ничего не происходит, – раздался из мрака голос Софии. – Просто вдруг становится очень, очень темно.

Спустя несколько секунд она снова вышла на свет.

– И эта тьма всегда появляется в конце коридоров? – спросила Аура.

Адам подошел к ним.

– Нет, бывает и по углам комнат. А в одной спальне – даже под кроватью.

София сияла:

– Давай покажем Ауре винтовую лестницу?

– Непременно. – По лицу Адама скользнула улыбка.

Они вернулись немного назад тем же путем, которым шли, потом Адам повернул в какой-то коридор, и они очутились у винтовой лестницы. Ступени были деревянные, истоптанные бесчисленными шагами. Здесь не было ковра, а стены пожелтели. Вероятно, это лестница для прислуги.

Посреди лестницы, в нескольких сантиметрах от перил, стоял черный столб тьмы.

– Тьма идет с первого этажа до самой крыши, – сказала София. – В некоторых местах она шире, чем здесь, и перекрывает перила.

Аура осторожно протянула руку. Из недр тьмы не доносилось ни звука, тишина была полная. Она глядела, как пальцы погружаются во мрак, и ничего не испытывала. Ни холода, ни мурашек по коже, ни дуновения ветра. Когда рука исчезла в темноте по локоть, Ауру вдруг охватил ужас. А если там внутри что-то подбирается к ее пальцам? Но она поборола страх, овладела собой и медленно отступила.

София пожала плечами:

– Страшно на самом деле, только когда начинаешь об этом задумываться. А так это просто отсутствие света.

– Да, это успокаивает.

– Несомненно, – заметил Адам. – Скажите это тем, кто живет в этом доме.

Аура напрасно искала насмешку в его взгляде. Адам ей не нравился, но она не могла бы объяснить почему. За ужином он вел себя приветливее других Октавианов, и София была с ним, очевидно, в более близких отношениях, чем с остальными.

Втроем они отправились дальше – на этот раз вверх по лестнице.

– Не волнуйтесь, – сказал Адам. – Ничего плохого ни разу не случилось – разве что кто-нибудь натыкался в темноте на закрытую дверь, пытаясь войти в комнату.

– Вы, похоже, не слишком беспокоитесь по этому поводу.

– Я Октавиан – мне и не такое случалось видеть. На одном из верхних этажей все трое свернули с лестницы в глубь дома, и мрак остался позади. Адам и София прошли мимо еще одного бокового коридора, но Аура задержалась, отступила на шаг и снова заглянула туда. Там никого не было.

София заметила, что Аура остановилась.